PriamurMedia, 29 июля. В Амурской области всего семь официальных памятников деревянного зодчества — и все они нуждаются в серьезных вложениях. Сегодня старинные дома становятся не только объектами охраны, но и интересным активом для бизнеса: их выкупают, реставрируют и превращают в кафе, офисы и мини‑гостиницы. Проектирование обходится в миллионы, а полная реставрация — в десятки миллионов рублей. Несмотря на высокую стоимость реставрационных работ, интерес инвесторов растет, особенно к зданиям в центре Благовещенска.
Что происходит с деревянным наследием региона, кто за это платит и есть ли шанс сохранить исторический облик города — рассказал ИА PriamurMedia руководитель государственной инспекции по охране объектов культурного наследия Амурской области Алексей Лохов.
— Алексей Юрьевич, сколько в Приамурье официально признанных памятников деревянного зодчества и где они находятся?
— В Едином государственном реестре объектов культурного наследия у нас числится семь памятников деревянного зодчества. Четыре из них — в Благовещенске, по одному — в Зее, в Свободном и в селе Ивановка Ивановского округа. Это здания, у которых основной конструктив и фасад — исключительно дерево.
Впрочем, есть много смешанных домов: наполовину кирпичных, наполовину деревянных. Их тоже можно считать частью деревянного наследия, но формально они относятся к иной категории.
— В каком состоянии находятся деревянные памятники? Кто сейчас ими владеет и как они используются?
— Ситуации разные. Например, "Дом Иннокентия Агаповича Саяпина" на Амурской, 216 в Благовещенске, принадлежавший молоканину, благовещенскому мещанину, землевладельцу и выборщику в городскую думу, сейчас находится в ведении областного краеведческого музея, проходит исследования и проектирование.
Старинный дом на улице Мухина, 70 долгие годы принадлежал Степаниде Яковлевне Кутьевой — канской мещанке, выборщице гласных в городскую думу по имущественному цензу. Много лет назад в нем располагалась бакалейно-кондитерская лавка Константина Николаевича Ямникова, благовещенского мещанина, коммерсанта, фотографа-любителя, позже хлебопекарня Иннокентия Иннокентьевича Унжакова. В 1934 году Кутьева передала здание Военному госпиталю. Сейчас он находится в частной собственности и используется как торговое помещение. При этом владелец собственными силами ведет восстановительные работы.
Другой объект культурного наследия — "Дача Бабинцева Николая Петровича" на улице Набережной, 50 — сейчас пустует. Здание признано аварийным, оттуда переселили последних жильцов. Дом принадлежит администрации города, информация о нем размещена на региональной площадке по привлечению инвестиций.
"Дом Голубева И.Ф." - объект культурного наследия регионального значения. Фото: Государственная инспекция по охране объектов культурного наследия Амурской области
Также в собственности благовещенской администрации находится построенный в конце XIX века дом на улице Горького, 143. В нем проживал бухгалтер городской управы Илларион Федорович Голубев, затем находилась детская музыкальная школа, а потом дом снова стал жилым. Не так давно помещение расселили и были выданы охранные обязательства.
Некоторая историческая номенклатура — вроде "Торгового дома Чурин" в Зее — сейчас чаще встречается как историческое название, а не как действующий магазин.
— Есть ли дома, которые пока не внесены в реестр, но находятся на пути к этому?
— На текущий момент официальный процесс признания новых памятников по деревянному зодчеству ведется избирательно — в отношении подобных конкретных домов пока вопрос о присвоении статуса не рассматривается.
Мы, конечно, отслеживаем интересные объекты и фактически ценностные постройки, но формальное признание требует научной работы и времени.
— Нельзя не вспомнить переулок Релочный. Здесь, на первой улице Благовещенска, планировалось создать исторический квартал, но пока сдвигов нет, а старые деревянные дома уже пострадали от пожаров.
— История Релочного действительно сложная: дома были признаны аварийными, жителей переселили. Изначально обсуждался туристический квартал с сохранением деревянной застройки, но планы изменились.
Выработана новая концепция: небольшие кирпичные постройки, вписанные в исторический контекст и рассчитанные на публичное использование и туризм. Есть потенциальный инвестор, работа идет, но сроки начала работ и финальные решения — в компетенции иных ведомств и администрации.
— Кто занимается инженерной и научной оценкой состояния таких зданий? Есть ли специалисты в регионе?
— В регионе у нас не всегда есть узкоспециализированные команды по деревянной реставрации, поэтому мы приглашаем профильные организации.
Например, недавно привозили специалистов из Санкт‑Петербурга, которые применяют современные информационные технологии: 3D‑сканирование, мелкие дроны для внутреннего сканирования, создание точных моделей здания. Это дает нам полный "портрет" строения и позволяет прикинуть бюджет проектных работ и реставрации.
— Сколько стоит проектная часть и во что выльется сама реставрация?
— Ориентировочно проектно‑сметная часть обходится порядка 8-9 миллионов рублей. Стоимость полной реставрации — уже десятки миллионов и выше, многое зависит от состояния, объема работ и используемых технологий. Точная сумма определяется после научно‑исследовательских работ и проектирования.
Алексей Лохов: "Отреставрированный объект — это точка притяжения". Фото: личный архив Алексея Лохова
— Какие механизмы поддержки доступны тем, кто хочет восстановить старый дом?
— Есть федеральная программа до 2030 года: предусмотрено льготное кредитование физических и юридических лиц для восстановления и приспособления объектов культурного наследия.
Через Банк ДОМ.РФ можно получить кредит на особых условиях: для создания гостиниц предусмотрены ставки порядка 4%, для других реставрационных проектов — около 9%. У нас есть представитель финансового учреждения в Хабаровске, с которым мы взаимодействуем и который консультирует владельцев.
— А как у нас с инвесторами? Есть ли интерес к таким проектам в Амурской области?
— Интерес есть прежде всего к объектам в центральной исторической части Благовещенска — там больше пешеходного трафика, значит, и коммерческий потенциал выше.
Объекты, расположенные вне центра или в сильно аварийном состоянии, привлекают меньше запросов, хотя и такие находятся в нашей базе предложений. Но примеры удачных реставраций и адаптаций уже есть — это повышает информированность бизнеса о доступных льготах и программах.
— Но есть примеры, когда за реставрацию берутся физлица — собственники старинных домов. Почему частным инвесторам это интересно?
— Отреставрированный объект — это, прежде всего, точка притяжения. Многие такие здания адаптируют под общественное питание, кафе, офисы, мини‑гостиницы. Это создает коммерческую основу для окупаемости.
Есть и идеологически мотивированные собственники, которые вкладывают собственные средства, чтобы сохранить историю — они берут на себя долгосрочную ответственность.
— Всегда ли старинный дом — это потенциальный памятник архитектуры?
— Одного лишь возраста недостаточно. Чтобы здание признали объектом культурного наследия, собственнику необходимо предоставить доказательства того, что дом имеет историческую ценность: например, когда-то в нем жили известные деятели — купцы, ученые, политики.
— Как вы взаимодействуете с собственниками — муниципальными и частными, — чтобы обеспечить сохранность отреставрированных и реставрируемых зданий?
— У всех собственников одинаковые правовые требования и обязанности — будь то частное лицо, муниципалитет или юридическое лицо. Мы выдаем охранные обязательства, даем предписания, проводим инспекции, фиксируем нарушения и при необходимости применяем штрафные санкции.
Кроме того, мы ведем просветительскую работу: рассказываем о возможностях льготных программ, чтобы мотивировать собственников и инвесторов.
