PrimaMedia, 11 февраля. Дальний Восток окончательно перестал быть энергоизбыточным: регион уже живет на пределе возможностей стареющих ТЭЦ, а спрос на электричество растет быстрее, чем где бы то ни было в России. По расчетам "Системного оператора", к 2031 году дальневосточным регионам не будет хватать еще около 700 МВт мощности. Решить проблему способна Приморская АЭС мощностью 2 ГВт — но ее первые мегаватты появятся в сети только в 2033–2035 годах. До этого времени экономика Дальнего Востока обречена на энергетическое голодание, а новые заводы и инфраструктурные проекты рискуют так и остаться на бумаге.
Проект схемы и программы развития электроэнергетики (СиПР) до 2031 года уже официально определил Дальний Восток как энергодефицитную территорию. По итогам 2025 года потребление в округе выросло на 4,8% при общем снижении по стране на 1,1%. Это не сбой статистики, а устойчивая тенденция: за последние 10 лет электропотребление в ДФО увеличилось на 28–33%, тогда как по России — примерно на 14%.
По данным ФАНУ "Востокгосплан", в 2023 году Дальний Восток потребил около 74 млрд кВт·ч электроэнергии при выработке 77,5 млрд кВт·ч. Формально баланс пока сходится, но ключевые энергоизбыточные территории — Амурская область и часть Якутии — находятся далеко от точек роста, а юг Дальнего Востока (Приморье, Хабаровский край, Бурятия, Забайкалье) живет в режимах устойчивого дефицита.
Министр по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков прямо говорит, что рост энергопотребления в округе в 2,5 раза превышает среднероссийский. По утвержденным СиПРам, к 2030 году нехватка мощности составит минимум 3,3 ГВт, а с учетом перспективных проектов — до 5 ГВт. Это уже не "узкое горлышко", а системный риск для всей стратегии ускоренного развития ДФО.
Структура потребления на Дальнем Востоке наглядно показывает, от чего зависит региональная экономика. Почти 37% всей электроэнергии уходит в промышленность, 18–19% — в транспорт (прежде всего железные дороги и трубопроводы), еще 17–18% — в домохозяйства. В абсолютных цифрах это означает, что из примерно 74 млрд кВт·ч:
В южных регионах ДФО дисбаланс заметнее. В Приморском крае потребление в 2023 году составило 14,4 млрд кВт·ч, при этом почти 30% этой энергии уходит населению, а 26% — промышленности.
В Хабаровском крае и ЕАО промышленность забирает более 40% всей электроэнергии, население — около 20%. То есть любое ограничение по мощности бьет сразу по двум фронтам: по промышленным потребителям и по людям, живущим в условиях холодного климата и низкой газификации.
Отдельная особенность ОЭС Востока — крайне высокая коммунально-бытовая нагрузка: около четверти потребления приходится на жилье и социальную сферу, а до 70% выработки тепловых станций фактически обслуживает жизнедеятельность населения, а не развитие индустрии. В условиях дефицита это означает, что промышленность в первую очередь получит отказ в подключении или рост тарифа, потому что власти не могут позволить "жить населению в темноте". В 90-е мы такое уже проходили.
Приморский край сегодня — наглядный пример того, что такое "энергетический потолок". По словам губернатора Олега Кожемяко, в 2023 году край вырабатывал до 2 760 МВт, а пик потребления достиг 2 743 МВт — 99,4% от доступной мощности. Это фактически работа "в ноль": любая крупная авария или ремонт тут же выбивает систему из равновесия.tass
"Мы находились в убытке. В случае аварийности или ремонтно-восстановительных работ приходилось делать перетоки, переключения, потому что система не могла дать никакого резерва", — цитирует ТАСС (18+) Кожемяко, объясняя, почему регион настаивает на строительстве Приморской АЭС мощностью 2 000 МВт.
Ранее глава "Системного оператора" Федор Опадчий на совещании во Владивостоке подтвердил: режимно-балансовая ситуация в ОЭС Востока остается напряженной из-за роста потребления, аварийности старого оборудования и вынужденного вывода мощностей на модернизацию. По его оценке, дефицит электроэнергии уже не позволяет своевременно подключать новых потребителей в Приморье и требует ввода дополнительных генераций, включая быстровозводимые.
По расчётам Востокгосплана, уже к 2029 году Приморье войдет в устойчивый дефицит мощности: при максимуме потребления 3,3–3,4 ГВт и установленной мощности порядка 3,2 ГВт "минус" по балансу может достигать 200 МВт и более. Фактически весь прирост нагрузки, связанный с новыми заводами, портами и жильем, будет "вытесняться" из системы.
Республика Саха (Якутия) еще недавно считалась энергоизбыточным регионом, но бурный рост добычи полезных ископаемых и запуск новых проектов превратили ее в зону стремительно растущего спроса. Глава Якутии и руководитель комиссии Госсовета по энергетике Айсен Николаев прямо говорил, что регионы Дальнего Востока становятся энергодефицитными, и строить новые мощности приходится уже не только взамен выбывающих, но и "сверх", чтобы не задушить рост экономики.
В одной только Якутии, по словам Николаева, разворачивается пакет проектов почти на 1,5 ГВт новой генерации — от модернизации Нерюнгринской ГРЭС до строительства газовых станций и малой наземной АЭС. Но при этом сам он предупреждает: мощности советского наследия уже не соответствуют нынешним темпам промышленного роста, а новая генерация лишь "догоняет" спрос, не создавая заметного резерва.
Аналитики Востокгосплана подтверждают: дефицит мощности нарастает не только в ОЭС Востока, но и в юго-восточной части ОЭС Сибири. В целом по югу ДФО (Приморье, Хабаровский край, Бурятия, Забайкалье) к 2029 году потребность в дополнительной генерации только по оценкам СиПР может составить до 1,9 ГВт.
Если ещё несколько лет назад разговоры об энергодефиците Дальнего Востока звучали преимущественно от экспертов, то сейчас тема вышла на уровень федеральной политики. Сенатор Виктор Калашников на круглом столе в Совете Федерации напомнил: за последние 10 лет электропотребление в ДФО выросло на 28%, вдвое быстрее средней цифры по стране.
"Ключевая проблема — это все-таки нарастающий дефицит. Разные цифры фигурируют — 4,6 ГВт к 2030 году в целом по ДФО. В Совете Федерации нет сомнений, что требуются не только технические решения, но и серьёзное правовое регулирование отрасли", — заявил парламентарий.
Министр Чекунков оценивает риски еще жестче: по его словам, если новые источники энергии не будут вовремя введены, потери бюджета в виде недополученных налогов могут достигнуть 500 млрд рублей уже в ближайшую пятилетку. Фактически речь идет о стоп-сигнале для части инвестпроектов: без гарантированного доступа к электричеству банки и корпорации не готовы вкладывать миллиарды.
На фоне этих тревожных расчетов федеральные власти запустили масштабный атомный пакет для ДВ. В генеральную схему размещения объектов электроэнергетики до 2042 года включены:
"Росатом" уже утвердил график строительства Приморской АЭС: первый бетон планируется залить в декабре 2027 года, ввод первого блока ожидается в 2033 году, второго — в 2035-м. То есть полные 2 ГВт, способные изменить энергобаланс юга ДФО, появятся не раньше середины 2030-х.
С мнением экспертов согласен и депутат Госдумы от Амурской области Вячеслав Логинов, который в интервью PriamurMedia (18+) зявил: "Регион (Амурская область — прим. ред.) имеет очень хороший водный потенциал в части гидроэлектроэнергии, которого нет ни у Хабаровского края, ни у Приморья, ни у Якутии. И прежде, чем задумываться о строительстве АЭС, Приамурью необходимо воспользоваться этим потенциалом в полной мере, в том числе за счет возведения новых ГЭС, потому что дефицит энергии на Дальнем Востоке будет продолжать расти. Поэтому в соседние регионы, я думаю, Росатом зайдет в первую очередь, и в первую очередь логично было бы рассматривать Приморье — с учетом его географии, логистики и постоянного энергодефицита".
Президент Путин на Восточном экономическом форуме (16+) прямо признал: на Дальнем Востоке растет объем энергопотребления, а крупные инвесторы уже сталкиваются с невозможностью вводить новые проекты из-за нехватки электроэнергии. Задача — ликвидировать прогнозный дефицит за счет ввода новых объектов генерации, в том числе атомных станций.
Но до тех пор, пока эти объекты не заработают, региону придется кормитть экономику старыми угольными ТЭЦ, точечной модернизацией и ограниченным пакетом ВИЭ мощностью около 1,6–1,7 ГВт.
Совокупность фактов и официальных оценок складывается в одну жесткую картину:
До этого времени регион обречен жить в режиме хронического энергетического голодания. Для населения это означает риск периодических ограничений и высоких тарифов на фоне низкой газификации и сурового климата. Для бизнеса — отсрочку или заморозку новых производств, когда под каждую фабрику или комбинат придется выбивать отдельные решения по подключению.
Сценарий промышленной стагнации здесь не абстракция. Уже сейчас инвесторы на Восточном экономическом форуме открыто говорили о невозможности запускать проекты без гарантий электроснабжения; президент, министры и губернаторы признают проблему дефицита публично. Если до середины 2030-х ускоренные меры по строительству новых мощностей — от угольных и газовых станций до ВИЭ и атомных проектов — не будут реализованы, Дальний Восток рискует задушить наметившийся индустриальный рост на десятилетия.
Именно поэтому сегодня разговор об энергетике ДФО — уже не про киловатты и тарифы, а про то, будет ли у региона шанс реализовать амбициозные планы по промышленному рывку или он останется на голодном пайке.